проводили время, собираясь в палес­трах, банях и других общественных местах. Они любили также устраи­вать пиры и попойки, как правило, в складчину. Пиры богатой молодежи бывали очень роскошны и проходи­ли по довольно торжественному це­ремониалу.

Приглашенные являлись на пир в праздничных одеждах, предвари­тельно вымывшись в бане и умастив­шись благовониями. Возлежать за столом в сандалиях считалось непри­личным, поэтому перед началом пи­ра являлись рабы и разували гостей, затем служитель дома, где давался пир, подавал им воду для омовения рук (а иногда и ног).

Во время обеда каждый распола­гался как ему было удобнее и выби­рал из поданого то, что находил себе больше по вкусу. По традиции, со­хранившейся со времен Гомера, ку­шанье брали с блюда пальцами, но уже не голыми, а в специальных пер­чатках.

После трапезы опять разносили воду, смешанную с душистыми мыли­стыми веществами. Затем гости на­девали на голову венки, рабы прино­сили вино и начиналась собственно пирушка, или симпозион. Венки обыч­но сплетали из мирта, фиалок, плю­ща, листьев серебристого тополя, роз и разных цветов.

Венки из роз считались самыми изысканными. Иногда гирляндами из цветов обвивали себе грудь, руки и даже ноги. Вино всегда пили раз­бавленным. Затем вошло в обычай для увеселения пирующих пригла­шать на симпозии гетер, флейтисток, танцовщиц, отчего пиры нередко пе­реходили в оргии, продолжавшиеся до утра.

Полной противоположностью этим афинским симпозиям были введен­ные Ликургом спартанские сисситии