Несмотря на изгнание из Афин тиранов и восстановление (Фразибулом) республиканского правления (403 г. до н. э.), спасти страну было уже невозможно из-за полного упадка нравственнос­ти. Не удалось и Спарте восстановить свои силы в войне с перса­ми (394 г. до н. э.).

Потеря флота и позорный мир с Артаксерксом Мнемоном (387 г. до н. э.) подорвали ее самостоятельность, а неудачные войны с Фи­вами затмили последние лучи ее славы (447 г, до н. э.).

Если уже во время Пелопоннесской войны был заметен упадок нравственности, то теперь, после событий, полностью уничтожив­ших достоинство нации, он стал особенно заметен.

Измена и вероломство, жадность и корыстолюбие овладели об­ществом. Знать роскошествовала, распущенность в отношениях между полами стала обычным явлением.

Этим страстям служило теперь искусство, едва охраняемое не­многими художниками от полного осквернения. Но в народе сохра­нялись еще духовные силы, а следовательно, и способность к вели-» ким и благородным подвигам.

Появление на арене Филиппа Македонского только продолжило трагедию, разыгравшуюся в Элладе, еще на один акт.

После битвы при Херонее (338 г. до н. э.) Филиппу удалось уста­новить гегемонию над Грецией. Но только при Александре, взошед­шем на отцовский престол в 336 г. до н. э., греки увидели спасителя, восстановителя былого величия Эллады (рис. 8). 

Однако даже он, несмотря на величие и широту своих замыслов и непреодолимую настойчивость в их исполнении, не мог победить в себе тщеславие и честолюбие.